После распада СССР некоторые советские идеалы были быстро забыты. Началось время поиска новых идеалов. И тут вспомнили о Белой гвардии. Белогвардейцы, добровольно жертвовавших собой ради «Великой, Единой и Неделимой России», как раз и стали для многих таким идеалом. Но, как это иногда бывает, вокруг нового идеала стали возникать недосказанности и фантазии. Некоторых любителей истории это приводило в смущение, т.к. появлялись не состыковки в некоторых цифрах и фактах. Поэтому, наверное, имеет смысл внимательнее присмотреться к отношениям между белогвардейским руководством и Союзниками (прим. – участниками Антанты). По этому поводу есть два мнения. Одно – белогвардейцы были независимы от Союзников, второе – белогвардейцы полностью зависели от Союзников. Знакомство с мемуарами и воспоминаниями участников Белогвардейского движений позволило узнать много интересных фактов.
Одним из примеров зависимости Белого движения от Союзников служит судьба русского генерала Владимира Платоновича Ляхова (1869-1920). Боевой генерал, пользовался заслуженной славой, в его жизни было много военных побед. Так, например, в январе 1916 года благодаря Приморскому отряду, который он возглавлял, была успешно осуществлена Трапезунская операция. По личному предложению Деникина в 1918 году Владимир Платонович присоединился к Белому движению и стал одним из успешных белогвардейских генералов. В конце 1918 – начале 1920 года войска под его командованием очистили от «красных» Ставрополь, Ессентуки, Кисловодск, Пятигорск, Минеральные воды, Владикавказ. Вскоре Деникин назначил генерала Ляхова главнокомандующим Терско-Дагестанского края. Но этот край входил в интересы Англии и англичане планировали подчинить своему влиянию кавказские народы его населяющие. Поэтому они всячески поддерживали сепаратистов, требующих отделения от России и начавших всё сильнее притеснять славянское население края. Но генерал сепаратистов успокоил. Деникин тут же получил от англичан заявление: «Правительство его величества смотрит с большим неудовольствием на назначение генерала Ляхова губернатором Дагестана…Если же генерал Деникин будет действовать в направлении, неприемлемом для Великобритании, то это принудило бы правительство его величества отказать ему в своей поддержке и остановить отправку ныне посылаемых запасов». Сразу началась травля генерала, которую поддержала «общественность» (прим. - личности имевшие свой интерес в делах с Англией). Неожиданно у всех открылись глаза на то, что генерал не сумел справиться с задачами по умиротворению Кавказского края. Хотя до этого был много хвалим за то, что сумел прекратить кровную вражду между некоторыми горскими народами. Как-то сразу все забыли и о отрядах из горцев, которые добровольцами шли в Белую армию. Эти отряды были созданы благодаря правильной национальной политике генерала. Вдруг пошли разговоры о преступлениях, совершенных комендантом его штаб – квартиры, к которым генерал не имел никакого отношения, но позволившие обвинить его в полном отсутствии контроля за подчиненными. Ни Деникин, ни высший белогвардейский генералитет, никак на травлю генерала не реагировали. Не выдержав вакханалии клеветы и злопыхательства, которые творились вокруг его имени, боевой генерал, всегда честно служивший России, подал в отставку. Дальнейшая его судьба была печальной. После отставки генерал поселился в Батуми, который тогда находился под британской оккупацией. Генерал жил тихо, уединенно, полностью удалившись от всех дел. Был убит 30 апреля 1920 года, шестью выстрелами в спину, когда шёл по улице в местный Собор чтобы помолиться. Британские военные следователи и местная полиция официально сообщили, что исполнителей не нашли. А может и не сильно искали.
Место Владимира Платоновича Ляхова по приказу Деникина тут же занял генерал И.Г. Эрдели, человек лояльно относящийся к англичанам и даже самостоятельно ведший с ними переговоры. Эрдели не только уничтожил все достижения генерала Ляхова на Кавказе, но своими действиями довел некоторые горские народы до восстания против администрации генерала Деникина и практически этим впихнул восставших в объятия большевиков.
Были и другие «странности» в поведении Союзников и не менее «странная» реакция на них белогвардейского руководства
Есть ещё один интересный момент. В тогдашней прессе, много рассказывалось о принятых между белогвардейским руководством и Союзниками различных совместных соглашениях и договоренностях. Газеты и журналы, выходящие на территории контролируемой Белым движением, утверждали, что все эти решения подтверждали самостоятельность Белой армии и её решающий голос в спорах с союзниками. Но были соглашения, о которых почему-то очень долго никто нигде не сообщал. Например, франко – английское соглашение, от 23 декабря 1918 года, в котором наиболее интересны пункты 1,2 и 3. Пункт 1: «…Право же за генералом Деникиным устанавливать и возглавлять гражданское управление на всей территории юга России, освобождаемой от большевиков, не признавалось». Пункт 2: «Устанавливалась возможность формирования русских воинских частей, не подчиняемых командованию Добровольческой армии; представлялось право свободного решения для этих частей о желании или не желании подчинятся генералу Деникину». Пункт 3: «В зонах своего действия, т.е. в Крыму и во всей освобождаемой Новоросии (одесская зона с Николаевом и Херсоном), французское командование признавалось высшим по разрешению всех вопросов, т.е. должно было действовать как в оккупированных районах, а, следовательно, и устанавливать гражданское управление, не руководствуюсь в этом отношении указаниям генерала Деникина». Было в соглашении много и другого интересного. Но, главное в том, что как только стало известно содержание соглашения, так сразу всему миру было сообщено, что «…командование Добровольческой армии не было осведомлено о тех основаниях, коими руководствовалось французское командование в своих действиях». Тут почему-то сразу вспомнилась судьба русского генерала Владимира Платоновича Ляхова.
Складывается впечатление, что пока на фронте белогвардейские офицеры и рядовые бились насмерть с красногвардейцами, некоторые руководители Белого движения вели с Союзниками свою игру. И эта игра не всегда была на пользу России. Наверное, в таком случае для истинного понимания Белогвардейского движения нельзя скрывать те или иные факты. Только тогда мы сможем увидеть объективную картину как самого движения, так и его участников. Сможем увидеть настоящих идейных борцов Белого движения и установить тех, кто, спрятавшись за их спинами в тылу, играл в некие игры для получения своей материальной, финансовой или политической выгоды. И тогда любителям истории будет легче решить, какое мнение о Белогвардейском движении им ближе.
|
